Константин Ронкин: «Золотые руки»

Константин Ронкин – один из основателей и руководитель Бостонского Института Эстетической Медицины, а также клиник в Бостоне, Москве и Санкт-Петербурге.

Нам удалось встретиться с известным стоматологом поздним вечером во время его визита в Москву, после беспрерывной череды пациентов, которых, по словам самого доктора, он не лечит, а «делает счастливыми».

Константин рассказал читателям «Москва — Ерушалаим» о своей эмиграции в Америку, о том, как клятва Гиппократа диктует правила бизнеса и какую роль сыграли в его жизни американские евреи.

Об эмиграции

Я родился и прожил в Ленинграде 30 с лишним лет. В Америку уехали внезапно, ничего не планировали. Я работал стоматологом в частном кабинете на базе государственной клиники, и в общем все было неплохо. Наверное, в тот период произошло осознание значения свободы. То есть уезжал я в 1989 году в большей степени по идеологическим и политическим мотивам, нежели по экономическим. Мне хотелось, чтобы моя жизнь стала зависеть от меня, а не от происходящего в стране.

Я даже предположить не мог, с какими трудностями придется столкнуться в эмиграции, но сумел принять их как должное. На ностальгию не было времени, потому как нужно было очень много работать и учиться. Будучи стоматологом с 10-летним стажем, мне пришлось вновь стать студентом. Желания вернуться в Россию не было. Никогда. Впервые после эмиграции я приехал в Россию на похороны мамы. А уже с 1998 года начал приезжать сюда с лекциями. Сейчас у нас клиники в Бостоне, Москве и Петербурге, а бизнес требует присутствия в разных уголках земного шара, поэтому, можно сказать, живу я даже не на две страны, а в самолете.

О бизнесе в России

Началось все 10 лет назад, когда мы первыми привезли в Россию технологию отбеливания зубов. Это сейчас не найти клиники, где этой услуги нет, а тогда она вызывала сильное недоверие. Но все же постепенно мы стали принимать пациентов со сложными стоматологическими и медицинскими проблемами, арендовали кабинет. Когда их количество стало значительно больше, мы с партнерами приняли решение об открытии клиники в Москве. Полтора года назад открыли филиал в Питере.

Все мои первые поездки в Россию были некоммерческими. Я мечтал, как бы патетично это ни звучало, изменить российскую стоматологию к лучшему, верил, что это возможно, и не ошибся. Россия до сих занимает важное место в моей жизни, и я думаю, что только поэтому этот бизнес стал успешным.

О евреях и общине

Мои родители евреи, но в детстве еврейства было мало. Конечно, старались скромно отмечать праздники, но в целом это было не очень принято, в том числе и потому, что отец был военным. Мне не приходилось сталкиваться с антисемитизмом, хотя в институт я, как и многие евреи, поступил только со второго раза. Но, что самое интересное, при этом 60% студентов на курсе были евреи. Вообще евреев в медицине очень много. Не зря шутят, что если еврей не играет на скрипке, то он обязательно станет врачом.

Первое знакомство с еврейскими общинами состоялось в Америке. Мои сыновья ходили изучать еврейскую историю и традиции, я дружу с нашими раввинами, а клиника, в свою очередь, постоянно поддерживает синагогу и еврейский детский сад. Для меня это в каком-то плане «святой долг», потому что много лет назад я смог начать новую жизнь в Америке только благодаря евреям. То есть формально, конечно, нам помогало американское правительство, но стало бы оно это делать, если бы евреи Америки не пробили квоты, поддержку и все остальное?

Стоматолог – не только ремесленник

Раньше считалось, что основная задача стоматолога – сохранить зубы человека здоровыми и красивыми на всю жизнь. Потом этого стало недостаточно, ведь можно добиться того, чтобы пациент избавился от головных болей и прочих недугов, связанных, например, с проблемами прикуса. Затем мы узнали про ночное апноэ и поняли, что можно так лечить человека, чтобы предупреждать возникновение сердечно-сосудистых заболеваний, диабета и других болезней, которые отнимают годы жизни. Сегодня в силах хорошего стоматолога продлить пациенту жизнь на 10–15 лет. Чем мы и занимаемся ежедневно.

 

Если раньше про стоматолога говорили как про ремесленника – «у него золотые руки», то теперь стоматология вышла далеко за рамки полости рта. И важны не только золотые руки, но и золотая голова, потому что львиная доля результата зависит от постановки правильного диагноза.

Бостонский Институт Эстетической Медицины фокусируется на всеобъемлющей диагностике здоровья и выборе наиболее эффективного, но консервативного плана лечения.

Бизнес и клятва Гиппократа

Медицина не может быть бесплатной, об этом своим ученикам говорил и Гиппократ, на которого обычно ссылаются все кому не лень. Не без помощи СМИ в России сложился стереотип, что стоматолог спит и видит, как бы своего клиента обобрать, а не вылечить. В этом, кстати, отличие российских пациентов от американских – последние склонны больше доверять доктору.

В российских клиниках мы каждый день принимаем людей, которым очень сложно объяснить необходимость тех или иных манипуляций и адекватность названной стоимости лечения. Чаще мне удается убедить пациента и помочь ему, и тогда я говорю, что мы не просто вылечили зуб – мы сделали человека счастливее и продлили ему жизнь на несколько лет.

Стоматология – это бизнес. Но конкурируют стоматологи прежде всего не друг с другом, а с салонами дорогих авто, с туристическими агентствами, магазинами элитной мебели и одежды. Только задумайтесь – здоровье противопоставляется тем вещам, без которых человек может жить.

В нашем бизнесе, как и в любом другом, есть определенные технологии продаж и взаимодействия с клиентом. Так вот, первое положение нашей стоматологии — максимальная забота о пациенте. Мы никогда не пытаемся продать нашему пациенту то, что ему не нужно.

ТыЖеВрач

Я много летаю и часто многочасовыми рейсами. Как водится, во время полета общаешься с попутчиками, дабы скрасить время в воздухе. Ну и, конечно, беседа всегда касается рода деятельности каждого. Из раза в раз, назвав свою профессию, я наблюдаю одну и ту же картину: мой собеседник тут же начинает показывать мне свои зубы, пломбы десятилетней давности, жаловаться на боль в восьмерке и советоваться на тему лечения.

В конце концов я стал отвечать на вопрос о профессии иначе:

«Я занимаюсь тем, что делаю людей счастливыми».

Не могу сказать, что это не вызывает недоумения, но, во всяком случае, рейс обходится без стоматологического осмотра.

Статья на сайте журнала «Москва-Ерушалаим»

Константин Ронкин


© Бостонский Институт Эстетической Медицины